По оценке Национального рейтингового агентства (НРА), запуск цифрового рубля, запланированный на сентябрь 2026 года, к 2031 может приносить российской экономике ежегодную выгоду до 260 млрд рублей, а банковским организациям – порядка 50 млрд рублей. Какую еще пользу экономике может принести новая форма рубля и насколько активно она будет использоваться в международной торговле, разбирались «Известия».

 

Ожидаемые показатели

 
В ЦБ РФ «Известиям» сообщили о проведенном анализе развития цифрового рубля. Третья форма российской национальной валюты должна стать таким же повседневным инструментом, как безналичные рубли, в течение 5–7 лет. Это создаст мощный фундамент для дальнейших финансовых инноваций и укрепления экономической устойчивости России.

 
По словам Сергея Гришунина, управляющего директора рейтингового агентства НРА, использование новой валюты будет регулироваться едиными тарифами. Такой подход, как он заявил, заметно уменьшит расходы на проведение операций. При этом для населения все транзакции окажутся абсолютно бесплатными, а бизнесу придется вносить лишь символическую плату в виде небольшой комиссии.

 
«Особенно заметный эффект ожидается в сфере розничной торговли, где бизнес сможет значительно сэкономить на эквайринговых комиссиях. Снижение комиссий за платежи и переводы напрямую увеличит прибыльность компаний, что станет дополнительным стимулом для развития предпринимательства», – заявил он.

 
Также цифровой рубль, по его словам, даст Центробанку возможность в реальном времени управлять количеством денег в обращении. Благодаря этому появятся новые механизмы, которые обеспечат более точное регулирование экономики и позволят оперативно отвечать на возникающие финансовые вызовы.

 
«К 2025 году ВВП России может увеличиться за счет дальнейшей цифровизации экономики на 4,1–8,9 трлн рублей, – сообщил Сергей Гришунин. – Объем валовых внутренних затрат на развитие цифровой экономики в стране в 2023 году составил 5,5 трлн рублей, что на 6% превысило показатели предыдущего года. Цифровой рубль призван стать катализатором этих процессов, создавая унифицированную платформу для развития цифровых финансовых сервисов и инноваций».

 
Усиленный контроль

 
Как отметила Екатерина Новикова, доцент кафедры экономической теории РЭУ им. Г. В. Плеханова, внедрение цифрового рубля позволит прозрачно контролировать расходование бюджетных средств в рамках национальных программ. К примеру, если финансирование направлено на возведение больницы в конкретном городе, то весь путь этих денег можно будет детально проследить во время проверки.

 
«Таким образом, цифровой рубль становится эффективным средством, в том числе по борьбе с коррупцией, и инструментом точечного использования денежных средств. В будущем цифровой рубль может быть использован в международной торговле, где также можно будет отследить все торговые операции, в которых участвовала национальная валюта. Это дает возможность государству работать быстрее, экономя большое количество сил и денежных средств», – считает эксперт.

 
Руководитель Группы рейтингов финансовых институтов «АКРА» Валерий Пивень отметил, что запуск цифрового рубля можно рассматривать как важный и логичный этап развития национальной платежной системы. В то же время он подчеркнул, что говорить о точных масштабах ожидаемого эффекта пока рано, поскольку влияние коснется и тех сегментов экономики, где преобладают наличные расчеты, а их реальное воздействие поддается измерению с большим трудом.

 
«Также можно ожидать, что банки растущие затраты на привлечение денежных средств будут перекладывать на заемщика, что может стать фактором удорожания кредита. При этом для небольших банков затраты на его внедрение в повседневный оборот могут превысить выгоды», – заметил он.

 

 
Международный контекст

 
Интеграция цифровых валют, по словам Сергея Гришунина, в недалеком будущем способна полностью заменить систему SWIFT. Эксперты прогнозируют, что уже к 2028 году международные расчеты могут перейти на цифровые технологии. Потенциальный экономический эффект для российского бизнеса от использования цифрового рубля при трансграничных переводах оценивается в диапазоне от 15 до 103 млрд рублей.

 
«Традиционные международные переводы зачастую связаны с высокими комиссиями и скрытыми расходами, а их обработка может занимать от нескольких дней до недель», – добавил эксперт. Цифровые валюты центральных банков кардинально меняют эту ситуацию, обеспечивая значительно большую скорость благодаря автоматизированной обработке и отсутствию ручной проверки на каждом этапе.

 
«В условиях санкционного давления и сокращения количества российских банков, подключенных к системе SWIFT, цифровой рубль становится потенциальным решением проблемы трансграничных платежей. Развитие альтернативных систем, таких как СПФС и CIPS, наряду с внедрением цифрового рубля и дедолларизацией внешней торговли, формирует новую финансовую реальность. Банк России уже начал подготовку инфраструктуры для подключения иностранных банков к использованию цифрового рубля начиная с 2025 года», – подчеркнул он.

 
«Одним из ключевых преимуществ цифрового рубля можно считать его потенциал уменьшать угрозы при международных расчетах с дружественными государствами, особенно с теми, где уже функционируют собственные цифровые валюты», – сказал Петр Щербаченко, доцент Финансового университета при правительстве РФ. Благодаря этому инструменту станет возможным проводить транзакции с ЕАЭС, странами БРИКС и иными партнерами, что позволит снизить долларовую зависимость и сократить вероятность ограничений в системе SWIFT.

 
«Для полноценного запуска цифрового рубля решающее значение будут иметь качественная киберзащита и устойчивость системы к техническим сбоям. Это станет гарантом стабильности и сохранности всех новых финансовых операций», – уверен он.

 
«Применение цифрового рубля во внешней торговле во многом определят два фактора», – считает Валерий Пивень. В частности, это готовность иностранных контрагентов использовать его как основное средство расчетов и способность финансовых систем других государств адаптироваться к операциям с цифровыми валютами.

 
«Вместе с тем революционным элементом новой валюты станут смарт-контракты, то есть цифровые алгоритмы, которые фиксируют сделки и контролируют выполнение обязательств всеми сторонами», – уверен Сергей Гришунин. Эти инструменты позволяют выполнять определенные действия, включая платежи, по заранее определенному алгоритму с конкретными условиями. Для крупного бизнеса смарт-контракты упростят сопровождение сложных структурированных сделок, особенно тех, где требуется контроль за распределением средств.

 
«Практическое применение этих технологий уже находит отражение в различных отраслях. Транспортные компании смогут наладить автоплатежи по смарт-контрактам при сложной логистике поставок, обеспечивая синхронность оплаты по нескольким отрезкам пути. В государственном секторе смарт-контракты могут использоваться в госплатежах и финансовых услугах, что приведет к снижению издержек на администрирование бюджетных платежей и повышению эффективности государственного управления», – добавил он.