О там, как выявляются псевдороссийские бренды, какие меры государство вводит для безопасности продукции в школах и детских садах, а также о борьбе с нелегальными товарами, в интервью РИА «Новости» рассказал министр промышленности и торговли Антон Алиханов.

 

– Антон Андреевич, какая ситуация с нелегальным оборотом продукции сегодня в России?

 
– Хотел бы начать с того, что десять лет назад решением президента была создана государственная комиссия по противодействию незаконному обороту промышленной продукции. Она стала главным координирующим звеном комплексной работы в борьбе с теневым рынком. Через нее увязана деятельность всех отраслевых и контрольно-надзорных органов на федеральном уровне.

 
Для сокращения оборота нелегальной продукции используются разные инструменты. Но самым эффективным стала система цифровой маркировки и прослеживаемости товаров «Честный знак». Это направление уже реализуется во всех странах ЕЭАС и в Узбекистане. В России в обязательном режиме от конвейера до потребителя прослеживается 31 товарная категория, в отношении 16 проводится эксперимент. Правительство рассматривает и дальнейшее расширение системы на различную продукцию, особенно в пищевой отрасли и промышленных товарах. Мобильное приложение «Честный знак» используют почти 28 миллионов потребителей, они проверили более 300 миллионов товаров и выявили 240 тысяч нарушений. Все жалобы отправляются в контрольно-надзорные органы.

 
– Какой эффект для экономики зафиксирован в стране от внедрения маркировки?

 
– По данным Федеральной налоговой службы за последние пять лет экономический эффект составил 1,2 триллиона рублей в виде налоговых и других поступлений в бюджеты всех уровней. Более половины от указанной суммы удалось добиться за счет обеления рынка табачной продукции – 627 миллиардов рублей. Результаты в других товарных группах тоже ощутимые. По молочной продукции – 148 миллиардов рублей, в легкой промышленности – 143 миллиарда рублей, в сегменте обуви – 85 миллиардов рублей, в отношении парфюмерии – 35 миллиардов рублей.

 
Помимо увеличения доходов государства легальный бизнес дополнительно заработал 687 миллиардов рублей за счет повышения своей доли на рынке. И судя по данным Росстата, для всех добросовестных участников рынка увеличилась рентабельность продаж. С момента запуска обязательной маркировки к 2023 году в табачной продукции – на 17,9%, по упакованной воде – на 13,1%, по обуви – на 5,7% и молочной продукции – на 3,2%. Отмечу, что эти эффекты достигнуты без ощутимого влияния на конечную цену для потребителя. По данным НИИ Минфина, доля маркировки в себестоимости составляет не более 1%.

 
– С апреля 2024 года на ряд товаров в России действует разрешительный режим, который через специальный QR-код проверяет качество товара, если продукт некачественный, система не даст покупателю приобрести его. Насколько эффективен такой механизм? Как режим защищает потребителей?

 
– За счет введения разрешительного режима на кассах магазинов заблокированы продажи 1,2 миллиарда некачественных или нелегальных товаров. Среди них: по пиву – 299 миллионов единиц, молоку – 243 миллиона, табаку – 311 миллионов, в легпроме – 187 миллионов, безалкогольных напитках – 110 миллионов. Такая система уже распространяется на 16 групп товаров и будет расширена в этом году на безалкогольное пиво, икру, ветеринарные препараты, технические средства реабилитации и велосипеды.

 
Система маркировки позволяет в течение часа заблокировать партии небезопасных товаров по решению контрольно-надзорных органов. Например, Роспотребнадзор на основе исследований превентивно это сделал в отношении шести миллионов БАДов по всей стране с опасным содержанием лития, мелатонина и симетикона. Аналогичным образом, из‑за инцидента с отравлением, были оперативно прекращены продажи партии из 2,5 миллионов бутылок воды. Тем самым у нас появился механизм быстрой остановки продаж продукции, в отношении которой есть сомнения в качестве и безопасности.

 
Важно, что мы не только контролируем сами товары, но и силами контрольных органов закрываем нелегальные производства, в частности 56 табачных фабрик. Одновременно с этим многие предприятия вышли из теневого сектора и стали работать по закону. Именно так появилось более 550 «новых» производителей воды, в десять раз увеличилось число легальных импортеров БАД и в три раза – тех, кто их выпускает.

 
– Что сейчас происходит в сфере госконтроля за промышленной продукцией?

 
– Государственный контроль – один из ключевых механизмов защиты потребителей. Он обеспечивает контроль качества и безопасности продукции установленным требованиям на всех этапах – при производстве, доставке и в обращении.

 
Сегодня безопасность отдельных видов продукции подтверждается сертификатом или декларацией, при этом дальнейший госконтроль за такой продукцией отсутствует. То есть возможны случаи, когда недобросовестный производитель предоставляет в лабораторию так называемый «золотой образец», полностью соответствующий требованиям. Так получает сертификат. А на рынок по этому сертификату идет товар, но он не соответствует требованиям. В результате на полку может попасть небезопасная продукция.

 
– Разрабатываете ли дополнительные механизмы по защите потребителей, чтобы избежать попадания на рынок небезопасных товаров?

 
– Мы с Минэкономразвития сформировали комплекс мер. Прежде всего это изменения в законодательство, чтобы вернуть госконтроль за отдельными видами промышленной продукции – считаю, что он будет эффективным. Это подтверждает эксперимент, который Росстандарт проводит по определенным видам строительных изделий и материалов. Речь идет о кабельной продукции, различных видах цемента, строительных и бетонных смесях, а также отопительных конвекторах и радиаторах. За год эксперимента уже проведено свыше двух тысяч контрольных мероприятий.

 
По результатам проверок в 57% случаев выявлены нарушения требований, предъявляемых к качеству продукции. Такая небезопасная продукция отзывается с рынка. Например, в Санкт-Петербурге изъято из оборота около 6 тысяч тонн сухих строительных смесей на общую сумму порядка 104 миллионов рублей. И такие случаи не единичны.

 
Еще одна значимая инициатива в этом направлении внесена депутатами Государственной думы. Они предложили законодательно закрепить регулирование технических условий, по которым производители зачастую выпускают свою продукцию. Мы полностью поддерживаем такой подход.

 
– В чем разница технических условий и техрегламентов? Какой эффект именно от закрепления технических условий ожидаете?

 
– Технические условия сегодня – это непубличный документ, в котором производитель сам определяет требования к своей продукции. Формально они должны быть не ниже требований технических регламентов. Но техрегламенты устанавливают лишь минимальные требования к безопасности и не затрагивают качественные параметры. Поэтому требования технических условий могут оказаться ниже ГОСТов. Простой пример: если производитель кладет сайру в банку с надписью «килька» это может не нарушать нормы безопасности или требования технических условий. Но абсолютно не отвечает ожиданиям потребителя и, главное, нарушает требования ГОСТа.

 
Мы уверены, что вывод технических условий из нерегулируемой зоны повысит прозрачность и обеспечит честную конкуренцию. Кроме того, вовлечет добросовестных производителей в процесс национальной стандартизации. В конечном счете это положительно скажется на качестве продукции, выпускаемой в обращение, и повысит доверие потребителей.